Александра Ефимовна Чернаткина

От Кавказа до Берлина

Мужали в боях над Кубанью

Фашисты рвались к Кавказу, им нужны были его богатства, а главное - кавказская нефть. Они захватили Кубань и стали наращивать свои силы, чтобы осуществить планы по захвату всего Кавказа.

Весной 1943 года они сосредоточили на Кубани большое количество самолетов, входивших в состав авиационных соединений "Удет", "Мёльдерс", "Зеленое сердце", 52-й эскадры. Всего более 1000 штук.

Но планы немцев начали рушиться. Советские войска наносили ощутимые удары врагу, вынуждая их к отступлению. Немцы упорно сопротивлялись и, чтобы удержаться, построили сильно укрепленное сооружение от Азовского до Черного моря, назвав его "Голубой линией". Это были мощные инженерные сооружения из железа и бетона, с минными полями, защищенные мощными зенитными средствами.

Для освобождения Северного Кавказа Верховное Главнокомандование направило туда наземные войска и три авиационных корпуса из резерва Ставки. Одним из них был наш 3-й истребительный авиакорпус под командованием генерал-майора авиации Е.Я. Савицкого. 265 и 278 авиадивизии входили в его состав.

В середине апреля 1943 года три полка 278 дивизии, в их числе и наш 43-й полк перелетели на Северный Кавказ и сразу включились в боевую работу. Базировался полк на аэродроме Новотитаровская близ Краснодара.

В воздухе начались ожесточенные сражения, в которых с обеих сторон участвовали десятки и сотни самолетов. Летчики в течение дня делали по 5-7 боевых вылетов, испытывая большую нервную и физическую нагрузки. Это были первые бои. Дальневосточники, имевшие большой опыт летной работы, с первых дней сумели оценить обстановку в воздухе и принимать правильные решения. Они из сражений выходили победителями, сбивали врагов, и это поднимало их настроение. К опытным летчикам прикрепляли молодых выпускников летных училищ, их терпеливо вводили в строй, обучали тактике боя и своим примером вселяли уверенность.

Для того чтобы сбивать вражеские самолеты, кроме мужества нужно было знать их летно-тактические данные. Изучению этих данных уделялось, по возможности, много внимания и времени, но летчикам не терпелось вступить в сражение.

Вдруг над аэродромом появился вражеский самолет. Кто-то крикнул:

- "Месс", "Месс" летит!

Несколько человек бросились к своим самолетам, чтобы быстрее взлететь и сразиться с врагом. Но Ме-109 выпустил шасси и пошел на посадку. Из трофейного самолета вышел генерал Савицкий и сказал командиру полка: "Изучите эту зверюгу, а завтра покажите свои способности в воздухе".

Командир полка провел тринадцать показательных воздушных боев с летчиками. Летчики убедились, что наши истребители не уступают "мессершмиттам" и на них можно успешно воевать.

Начались полеты на боевые задания. Пришли первые потери на Кубани, 18 апреля не вернулся из полета сержант Виктор Васильевич Гулаков.

Исключительно трудным днем был 20 апреля. Бои разгорались над станицей Крымской. Бомбардировщики врага под прикрытием истребителей пытались прорваться к нашим войскам. Наши летчики отважно сражались, стремительно шли в лобовую атаку, заставляли немцев сбрасывать бомбы вне цели, а иногда и на свои войска. Инициатива стала переходить к нашим летчикам и враги несли ощутимые потери.

Уже с 22 апреля силы противника заметно ослабли и его авиация, имея значительные потери в воздухе и на земле, уже не могла действовать так интенсивно, как в начале операции. Наша истребительная авиация наращивала силы и применяла новейшие тактические приемы, используя опыт известных летчиков-истребителей - Покрышкина, Глинки и других, стала прочно завоевывать господство в воздухе.

 

Шепель Сидор Романович

Командир 1-й эскадрильи капитан Шепель Сидор Романович

К началу Отечественной войны Сидору Романовичу Шепелю было примерно лет 35. В начале 30-х годов он уже был летчиком 1-го класса гражданской авиации (выше тогда не было). По его рассказам, он служил в одном авиаотряде с участниками спасения челюскинцев, но сам в спасении не участвовал, так как в это время выполнял другое задание. Шепель перечислял, на каких самолетах ему приходилось летать в гражданской авиации - их было десятки, в том числе и на гидросамолетах.

Летал он, в основном, на Севере и Дальнем Востоке, где требовалось исключительное мастерство и высокая штурманская выучка. Он также детально знал районы Черного и Азовского морей.

Он был неразговорчив и скромен, не любил хвастать. Ошибок своих не таил и рассказывал о них с иронией и легкой бравадой. Это был летчик с чкаловским характером. Он мог пилотировать на очень низкой высоте. Лихость тогда воспринималась как храбрость. Он в совершенстве овладел летной специальностью, иногда в нарушение уставов и действующих норм искал новые пути применения авиации. Он, несомненно, мог бы пролететь под мостом, как В. Чкалов.

Когда перед вылетом на фронт мы находились в Люберцах под Москвой, всесоюзный староста М.И. Калинин прислал за Шепелем машину. На вопросы однополчан отвечал скупо: "Мы давно знакомы. Встреча была душевной". В заключение Михаил Иванович ему сказал: "Жду вас, Сидор Романович, в Кремле, чтобы вручить звезду Героя... Надеюсь на это...".

В середине 30-х годов с Шепелем произошла трагическая история. Он летел над тайгой на двухмоторном самолете. С ним три пассажира высокого служебного ранга. Самолет летел над тайгой на низкой высоте. В какой-то момент самолет "просел" и зацепился за высокую сосну. Место катастрофы разыскали через трое суток. Один мотор не нашли. В живых остался один Шепель, больше никого не разыскали. На месте падения было много медвежьих следов.

Кроме многочисленных повреждений сильно пострадало его лицо. За время лечения в госпитале лицо ежедневно фотографировали. К удивлению врачей, все быстро заживало. "На мне, - говорил Шепель, - все зажило быстрее, чем на собаке". Но облик изменился, он стал совершенно непохожим на прежнего Шепеля. Лицо, собранное из небольших кусочков тканей, приобрело разноцветный оттенок - от бледного до темно-багрового. На фотографиях, сделанных до катастрофы, это был красавец с аристократическими чертами лица, продолговатым красивым носом с легкой горбинкой. Он хранил все 17 фотографий, сделанных в госпитале, как свидетельство подлинности его документов прошлых лет с фотографиями, заверенными печатью.

Считали, что после происшедшей катастрофы Сидор Романович будет осторожным, не будет пилотировать на малых высотах, а он, поправившись, делал то же самое. На фронте в первом же вылете вступил в бой отчаянно, без страха. Это свойственно только людям с сильным характером.

Когда Сидор Романович после лечения приехал домой, ни мать, ни брат, ни сестра его не узнали. Он представился другом сына. Но вскоре материнское сердце его узнало.

Здоровье позволило ему летать, но в гражданский воздушный флот он не вернулся. Но и без неба жить он не мог. В его летной биографии произошли крутые изменения. Он решил начать все сначала. Вновь поступил в летное училище, но уже военно-воздушных сил, обучался по индивидуальной программе, экзамены и зачеты сдавал экстерном и менее чем через год был выпущен лейтенантом.

Летал на Дальнем Востоке. С уверенностью можно сказать, что в 1941-1942 годах Шепель уже служил в 48 истребительном авиаполку в звании капитана на должности командира авиационной эскадрильи.

 

24 апреля стояла жара, к которой еще не успели привыкнуть. Люди снимали одежду и до пояса обливались водой. 1-й эскадрилья была дежурной, летный состав постоянно находился возле самолетов. Получено задание сопровождать штурмовики Ил-2. Прибыла группа офицеров штурмового полка для согласования порядка совместных действий. Ведомым у Шепеля был младший лейтенант Иван Жичин. Вылет назначен на 16.00 в район Цемесской бухты.

Бой был жестокий, летчики сражались до последнего снаряда, до последней капли бензина. Когда стемнело, узнали, что эскадрилья приземлилась без горючего на чужом аэродроме и имеются потеря - один самолет.

Потеря каждого летчика - боль. Но потеря командира для каждого механика - боль особая. Из 10 самолетов вернулось 9. Не хотелось верить. Механик Георгий Сергеевич Виноградов, лучше других узнавший Шепеля, в течение всей жизни пронес эту боль.

 

Самолет Шепеля пылающим факелом с закрытым фонарем упал в воду Цемесской бухты. Видимо в самолет попал зенитный снаряд.

Всего несколько дней сражался командир 1-й авиаэскадрильи С.Р. Шепель. Одному из самых опытных летчиков не суждено было полностью раскрыть свой летный талант в боях. Он был сражен в огненном небе над Малой Землей.

В 1985 году группа ветеранов 278 дивизии посетила Малую Землю. На площадке выставлены детали и механизмы авиационной техники, которую достали со дна Цемесской бухты. Среди них оплавленный пожаром и покрытый коррозией за долгие годы пребывания на дне моря мотор М-105-2ПФ. Виноградов не стал осматривать другие экспонаты, а долго смотрел на этот мотор и подумал: "Возможно это НАШ с Шепелем мотор с самолета № 34, этот последний след Сидора Романовича".

 

Ожегов Павел Иванович

Летчик мл. лейтенант Ожегов Павел Иванович

3 мая в тяжелом бою погибли младшие лейтенанты Блинов Валентин Алексеевич и Крюков Евгений Иванович.

14 мая погиб младший лейтенант Ожегов Павел Иванович.

27 мая погиб заместитель командира эскадрильи Белячков Дмитрий Дмитриевич.

Май месяц был насыщен воздушными боями. Много побед в воздухе одержали наши летчики, но заплачена очень дорогая цена - мы потеряли несколько летчиков.

 

Старший инженер полка по вооружению Николай Семенович Сибилев успешно окончил военную академию имени Жуковского в июне 1941 года. Выпускная комиссия предложила ему на выбор - пойти военпредом или преподавателем. Сибилев просился на войну. Его отговаривали, ссылаясь на зрение (он носил очки). Сын красногвардейца времен гражданской войны всегда брался за самые трудные дела. На войне опасно, но через такие испытания прошел его отец. Иначе он поступить не мог.

На фронте в должности инженера по вооружению он готовил к боям авиационное вооружение. В период отступления наших войск в 1941 году с группой военнослужащих попал в окружение, участвовал в перестрелках, вступал в бой с фашистскими танками, был тяжело ранен. В залитой кровью одежде переплыл реку. Многие товарищи попали в плен. Его спасли колхозники.

В ночь на 6 октября 1941 года сумел перейти линию фронта. На попутных машинах доехал до города Ахтырки Сумской области, где в штабе ВВС 21-й армии получил направление техником по вооружению в 1-ю эскадрилью 43-го истребительного авиаполка.

Неласково встретили Николая в полку. Ни один человек там не имел высшего образования и ему сказали: "Здесь тебе не академия, мы тебя научим жить!" Люди, не имевшие достаточных знаний, постоянно создавали различные преграды. Благодаря хорошим знаниям и любви к технике, будучи талантливым рационализатором, он сумел крепко утвердиться и завоевать авторитет среди личного состава.

После переформирования Николай Семенович Сибилев остался в полку и в должности старшего инженера по вооружению прошел с полком весь боевой путь, был награжден орденами и медалями.

Инженер Сибилев с большой теплотой вспоминал о генерале Савицком. Командир корпуса Евгений Яковлевич Савицкий был кумиром всего летного состава. В боях его часто прикрывали летчики нашего полка. Ведомыми у него были Владимир Меркулов, Венедикт Сигарев, Николай Бородин и другие. Технический состав тоже боготворил генерала за отвагу, храбрость и человечность. Техники всех специальностей считали за большую честь готовить его самолет к полетам.

- Однажды, - рассказывает Сибилев, - в полк приехал инженер по вооружению корпуса подполковник В.Н. Белов и говорит: "Сможете ли вы гарантировано отладить вооружение на самолете генерала Савицкого?"

Я ответил, - говорит Николай Семенович, - что могу сделать с гарантией 600 выстрелов на ствол. Для этого нужно, чтоб самолет пригнали на наш аэродром базирования. Несколько раз это делал Герой Советского Союза А.И. Новиков. В дальнейшем я договорился с подполковником Беловым, что передам ему в корпус отличного механика, который выполнит эту работу не хуже меня. В корпус передали старшего сержанта Быкова, чуваша по национальности, и он постоянно готовил к вылетам вооружение на самолете Савицкого.

 

Лебедев Семен Андрианович

Командир 2-й эскадрильи капитан Лебедев Семен Андрианович. Звание Героя Советского Союза присвоено 23.02.1945 г.

Семен Андрианович Лебедев, командир 2-й авиаэскадрильи, пользовался большим авторитетом. Он был примером в небе и на земле. Аккуратный, рассудительный, требовательный к себе и подчиненным, он казался очень строгим. В действительности это был очень добрый, чуткий человек, но требовал от подчиненных дисциплины и порядка.

С раннего детства Семен был влюблен в море, на берегу которого в городе Керчь проходили его детство и юность. Любовался голубым небом, в котором над морем кружили птицы. Однажды увидел он в небе необычную птицу, которой управлял человек. Больно и радостно защемило сердце. С тех пор любовь к небу стала еще сильнее. Он читал все о самолетах, что мог найти в книгах, газетах, журналах. Хотелось летать, и мысли о полетах завладели им навсегда.

Успешно закончив школу, он поступил работать на бочарный завод, где трудился его отец. Вступил в комсомол и пошел учиться в Керченский аэроклуб. Уставший за день, но безмерно счастливый он возвращался домой, лелея заветную мечту о поступлении в летное училище.

И вот он курсант Качинского летного училища. Учился с желанием и настойчивостью. Полеты доставляли ему радость. В 1939 году, успешно окончив училище, был направлен служить на Дальний Восток. Здесь он вскоре стал опытным летчиком, за что награжден знаком "Отличник РККА" и назначен командиром звена. Не только опыт летной работы, но и хорошие организаторские способности помогли ему во фронтовой обстановке, когда он командовал эскадрильей.

В один из дней начала мая вражеские бомбардировщики по 10-15 машин начали бомбить позиции наших войск. Истребители 4-й воздушной армии, отражая их удары, сбили десятки машин врага. Особенно отличились С.А. Лебедев, А.В. Кочетов, Н.В. Бородин.

5-го мая дежурная четверка под командованием Лебедева по сигналу с командного пункта взлетели в небо. Четверка пошла вдоль "Голубой линии". Вдруг со стороны Тамани появились черные точки приближающихся бомбардировщиков.

- Приготовиться к атаке! - скомандовал Лебедев.

Истребитель командира резко развернулся и пошел в атаку на ведущего вражеских машин. Самолеты стремительно сближались, казалось, вот-вот столкнутся. В ту же секунду из стволов пушки и пулеметов самолета командира вырвалось пламя. Вражеский бомбардировщик, окутанный дымом, перейдя в штопор, пошел к земле. В этом бою группа Лебедева сбила 4 вражеских машины.

На следующий день командующий 4-й воздушной армией К.С. Вершинин наградил орденами всех летчиков группы.

Лебедев на задания летал очень часто, 11-го мая над станицей Крымская он сбил Ме-109, а 26-го - еще одного.

 

Сигарев Венедикт Петрович

Курсант Сигарев Венедикт Петрович

Венедикт Петрович Сигарев очень стремился попасть на фронт. Он не без оснований считал себя вполне подготовленным для сражений с врагом. Боль жгла его сердце за разрушенную мирную жизнь, за разрушенный город Запорожье, где он впервые взлетел в небо. Жена и сын оказались в Сибири.

В конце 1942 года стали отбирать хорошо подготовленных летчиков для фронта. В их число попал и Сигарев. Для того чтобы представить исключительное мастерство этого летчика, я привожу часть статьи старшего политрука С. Зархий в дальневосточной газете:

"Командир эскадрильи был явно расстроен:

- Вы снова сорвали мне стрельбу...

- Не виноват, товарищ старший лейтенант, - оправдывался Сигарев. Он стоит перед командиром навытяжку и лишь в его живых глазах бегают хитрые, чуть озорные огоньки.

- Конечно... Не давать ему впредь патронов, - приказывает командир адъютанту.

Младший лейтенант Сигарев действительно срывал стрельбы эскадрильи по конусам. Летчику, который из 60 патронов попадает в конус 12, ставится оценка "отлично". Сигарев из 60 патронов попадает все 60. Сто процентов попаданий! Все его пули ложатся рядом на расстоянии одного сантиметра одна от другой.

Когда он, как командир звена, первый заходил на стрельбу, его пулемет, как швейная машинка, прошивает пулями конус, который тут же лопается в воздухе. В результате стрельба сорвана, не может же эскадрилья в воздухе ждать, пока буксировщик сделает посадку, сменит конус и наберет высоту.

И когда заходил разговор о стрельбе, Сигарев безнадежно машет рукой:

"Всем патроны дают как людям, а мне - 2-3...".

Свое изумительное военное искусство стрельбы одаренный снайпер Сигарев передает летчикам своего звена. Звено Сигарева стреляет лучше всех. Меньше 50 процентов попаданий у них не бывает".

Скупые пожелтевшие страницы газет рассказывают о мужестве и героизме Сигарева на фронте. Кленовец, Новотитаровская, Славянская, Абинская, Красноармейская - места базирования. С этих аэродромов вылетали на отражение налетов врага, на штурмовку.

Сигарев рвется в бой и готов летать в любое время. Во время налета на вражеский аэродром зенитным снарядом повредило стабилизатор на самолете Сигарева, но летчик благополучно привел на свой аэродром поврежденную машину.

6 мая 1943 года командир корпуса генерал Е.Я. Савицкий вручил Сигареву орден "Отечественной войны 1-й степени".

Две группы вражеских бомбардировщиков под прикрытием истребителей шли к нашим позициям. Ведущий восьмерки Сигарев решил атаковать врага до подхода к цели. Со стороны солнца он со своей парой связал "мессеров". Боевые порядки врага нарушились. Меткие очереди наших летчиков Жичина, Белячкова и Аллакина сразили трех бомбардировщиков. Три костра горели близ станицы Киевской. А бой продолжался. За ним с восхищением следили воины с передовой.

В этой безумной круговерти бой с горизонтали переходит на вертикаль. Сигарев преследует ведущего "мессера" и огонь комэска точен: еще один враг находит бесславный конец на нашей земле. Немецкие бомбардировщики сбрасывают бомбы вне цели и спасаются бегством. Группа Сигарева вернулась без потерь.

 

Кочетов Александр Васильевич

Командир 3-й эскадрильи ст. лейтенант Кочетов Александр Васильевич. Звание Героя Советского Союза присвоено 13.04.1944 г.

Большой отвагой отличался командир 3-й эскадрильи Кочетов Александр Васильевич. Этот человек богатырского сложения, славившийся своими делами и дерзкими налетами на вражеские объекты, был на земле простым, добродушным и скромным человеком.

Он встретил войну 22 июня 1941 года в 18 километрах от западной границы. В четыре часа шли "юнкерсы" под прикрытием мессершмиттов", неся смертоносный груз. С ходу начали штурмовку аэродрома, но им не удалось застать врасплох летчиков. Навстречу врагам стремительно поднялось своевременно взлетевшее дежурное звено. Фашисты растерялись, они не ожидали такого мгновенного отпора. А дерзкое звено "ястребков" ударило точно по строю бомбардировщиков и разметало его. Два Ю-88 врезались в землю в первые минуты.

Так начиналась война. Тогда Александр впервые увидел, как падали и горели фашистские самолеты.

Трудные дороги отступления: Проскуров, Винница, Ростов-на-Дону, Краснодар, бои на Волге под Сталинградом. Десятки раз сопровождал наши самолеты на бомбардировку вражеских войск, летал в разведку. А вскоре он открыл свой боевой счет. Первый самолет "Хейнкель-111" Кочетов сбил в августе 1941 года.

В грозную пору Сталинградской битвы Совинформбюро сообщило:

"Советские летчики самоотверженно ведут борьбу с численно превосходящими силами немецкой авиации. Младший лейтенант Александр Кочетов за один день обил Ю-87 и Ме-109".

В 105 боевых вылетах сбил лично 7 и в группе 1 самолет противника. В Сталинграде он получил первый награду - орден Отечественной войны 1-й степени. В 43-й полк Кочетов пришел опытным летчиком.

Сильными были бои в районе Новороссийска и станице Крымской. Схватки велись на малых и больших высотах - от ста до семи тысяч метров. Шла борьба за господство в воздухе.

8 мая звено Кочетова вылетело на прикрытие линии фронта. При подходе увидели, что наши передовые позиции бомбят самолеты противника. На большой скорости звено внезапно атакует противника и в результате падают три бомбардировщика, которых сбили Кочетов, Бородин и Костиков. Враг был ошеломлен. А ниже четыре наших ЯКа сражаются с восьмью "мессершмиттами" Они сошлись в лобовой атаке. Здесь Спартаком Маковским будет совершен воздушный таран.

Об одном вылете Кочетов сам рассказывает:

"...Со своим ведомым идем на высоте пять тысяч метров. Под нами большой аэродром противника. Мне приказали вести разведку. Ложусь на курс фотографирования. Хоть и прикрывает меня напарник, все время приходится быть настороже. В районе Анапы воздух словно нашпигован фашистскими истребителями. И вот они тут как тут. Восемь "мессершмиттов". Двое против восьми. Но не вижу напарника. Без боя не уйти. Закружилась смертельная карусель. Выхожу из лобовой атаки: фриц горит. В прицеле другой, но у меня в хвосте висят двое. Срываюсь в штопор. Пот застилает глаза. Твержу себе: надо выбраться, обязательно выбраться. Но я не просто веду бой: обороняюсь, нападаю. Я постепенно отхожу к своей территории. Горючего - совсем ничего. Снижаюсь до бреющего. Помогает солнце, оно слепит немцев. Так они "проводили" меня до Краснодара. Сел на первый наш аэродром. В конце пробега замер винт - горючее кончилось.

Здесь мой самолет заправили горючим, пополнили боезапас, осмотрели машину. И удивительно: после такой "карусели", когда, казалось, самолеты крыльями задевали один другого, ни одной пробоины, ни одной царапины. Ну что ж, повоюем еще, лейтенант!"

В небе Кубани Кочетов сбил 13 вражеских самолетов.

 

В период Великой Отечественной войны было совершено более 600 воздушных таранов. Во время изнурительного боя, когда до предела напряжены нервы, наши летчики шли в лобовую атаку с одной мыслью - уничтожить врага. Таранить врага, уничтожить его, а самому остаться живым - это высокое летное мастерство и мужество.

Гитлеровские асы старались уклониться от тарана. Нет ни одного примера, когда бы немецкий летчик шел на таран или направил бы свой самолет на неприятельский объект.

Писатель Алексей Толстой в своем очерке "Таран", опубликованном в 1941 году писал: "Воздух принадлежит лишь смелым, сильным, талантливым, инициативным советским крылатым людям. Таран - это русская форма боя. Небо Родины было и будет наше!"

Многие, таранив вражеский самолет, погибали смертью героя. Но многим повезло. Вогнав в землю врага, они возвращались на свою базу и продолжали бить врага.

Пятью летчиками нашего полка за период войны совершены воздушные тараны. Четверо из нх остались живы. Однако страшное нервное потрясение и физические травмы не прошли бесследно и часто напоминали о себе в течение всей жизни.

 

Летчик младший лейтенант Джабидзе Давид Васильевич родился в 1916 году в Грузии, в деревне Октомбери. Учился и трудился в деревне Чхари. Через месяц после начала войны - 22 июля 1941 года на Ленинградском фронте таранил вражеский бомбардировщик. Впоследствии за этот и другие подвиги, которые он совершил в период войны Указом от 15 мая 1946 года ему присвоено звание Героя Советского Союза.

 

Заместитель командира авиаполка подполковник Кобылецкий Иван Иванович родился в 1916 году на Украине в городе Котовске. К началу войны уже имел большой опыт летной работы. Свое большое летное мастерство и огромную силу воли не раз показывал в течение всей войны. В 1942 году был заместителем командира эскадрильи. 16 августа в районе Сталинграда в воздушном бою таранил вражеский истребитель и благополучно совершил посадку. Указом от 15 мая 1946 года ему присвоено звание Героя Советского Союза.

 

Командир звена младший лейтенант Зайцев Сергей Фомич, уроженец деревни Игнатовна Климовичского района Могилевской области 2 сентября 1941 года на подступах к Киеву двойным таранным ударом уничтожил бомбардировщик противника. При посадке поврежднный самолет Зайцева скапотировал. Летчик погиб. Ему тогда не было еще 25-х лет. Награжден орденом Ленина.

 

Командир звена младший лейтенант Борисов Леонид Иванович, родился в 1916 году в деревне Пыжово Зарайского района Московской области. 20 сентября 1941 года на Южном фронте двойным тараном сбил бомбардировщик противника, произвел посадку. Награжден орденом Ленина.

 

Командир звена старший лейтенант Маковский Спартак Иосифович родился в 1920 году в г. Павлодаре. Свой подвиг совершил через три недели после прибытия на фронт - 8 мая 1943 года. Таранив вражеский истребитель, на сильно поврежденной машине сумел совершить посадку. Указом от 13 апреля 1944 года ему присвоено звание Героя Советского Союза.

 

В грозный для Родины час наши летчики шли в бой, не думая об опасности. Они стремились не дать уйти врагу, уничтожить его и во многих случаях единственным средством для уничтожения врага был таран. Они шли на него, если даже не оставалось шансов выжить.

 

Мы славим тех, кто храбро воевал,

Кто в битвах за Отечество сражался,

Тех, кто в таране жизнь свою отдал

И тех, кто, победив, живым остался.

 

8 мая шестерка истребителей, ведомая Спартаком Маковским, вела воздушный бой. Находясь сверху, командир группы Маковский наблюдал за боем и следил за небом. Вдруг со стороны солнца показался еще один "мессершмитт". Маковский набрал высоту, бросился навстречу врагу. Самолеты сближались с огромной скоростью - таран неизбежен. В последнем мгновении "мессер" немного отклонился влево, но удара избежать не удалось. Оба самолета перевернулись и полетели вниз. В 800 метрах от земли Маковскому удалось выровнять самолет и тогда он заметил, что консольная часть крыла снесена на метр.

Самолет начал падать... Мелькнула мысль, что нужно немедленно прыгать. Но внизу были немцы. Попавшую в штопор машину удалось вывести из него. Несмотря на все он сумел благодаря высокому мастерству вести израненную машину.

Лукьян Каширин отделился от группы и устремился добивать фашиста. Маковский взял курс на свой аэродром и заметил, что его атакуют другие "мессеры". Он казался им легкой добычей. На помощь пришли товарищи и стали его прикрывать. По радио Маковский подсказывал каждому из них какую занять позицию. Так и дошли до аэродрома.

Нормально совершить посадку он не мог, отказал мотор. На большой скорости сел на фюзеляж прямо в поле. Сильный удар вдребезги разрушил кабину, а самолет, к счастью, не загорелся.

Подоспели товарищи, хотели отвезти в госпиталь, но Спартак отказался, остался в полку. Десять дней лежал он в санчасти. Удар не прошел бесследно... Он даже на несколько дней лишился речи. Молодой организм и страстное желание снова летать, бить врага победили.

Упорство и настойчивость в достижении цели были ему всегда присущи. Так было еще тогда, когда он решил стать летчиком. Это было его заветной мечтой. Медицинская комиссия обнаружила у него цветовую аномалию - дальтонизм и по этой причине ему отказали в приеме в аэроклуб. Спартак настойчиво просил своего отца помочь, пойти хлопотать, доказывал, что выводы комиссии безосновательны, что у него хорошее зрение. Отец понимал стремление сына и решил его поддержать. Пошел к руководству аэроклуба, в результате новое тщательное обследование установило, что он может быть допущен к учебе.

После учебы в Запорожском аэроклубе Спартак поступил в знаменитую Качинскую Краснознаменную летную школу, которую окончил в 1939 году. Весь выпуск Качинской школы был направлен на Дальний Восток.

Перед отъездом отец Спартака Иосиф Иванович передал сыну написанную им свою короткую биографию, которую тот носил с собой всю войну. Она была для него напутствием на всю жизнь. Отец был для него примером честности, справедливости и беззаветного служения Родине.

 

Юность Владимира Меркулова прошла в городе Орел. Тридцатые годы характерны бурным развитием авиации в стране. Десятки тысяч молодых людей сели за штурвал самолета. Это была эпоха рекордов и подвигов. Авиаторы спасли челюскинцев, оказавшихся во льдах Арктики, дальние перелеты мужских и женских экипажей, полет через Северный полюс. Неизгладимое впечатление произвело на Владимира мастерство великого летчика Валерия Павловича Чкалова. Мечта о полетах в небо никогда не оставляла Владимира. Он твердо уверен, что будет летать.

Окончил аэроклуб в Орле, затем Армавирское летное училище. В 48 истребительном полку на Дальнем Востоке его учителя и наставники уделяли много внимания подготовке молодых летчиков. Там он постиг мастерство и освоил ночные полеты. Особая заслуга в этом летчика самого высокого класса капитана С.Р. Шепеля. Он вселил уверенность у молодых летчиков в том, что они смогут и будут хорошо сражаться с врагом и побеждать.

Когда в Новосибирске летчики облетывали только что полученные истребители, мотор самолета, на котором полетел Меркулов, отказал в воздухе. В таких ситуациях спасали не самолет, а свою жизнь, используя парашют. Меркулов сумел посадить самолет на аэродроме, вызвав у товарищей восторженные отзывы. Командир эскадрильи капитан Шепель сказал: "Этот парень летчиком будет!" Жизнь полностью подтвердила этот прогноз. В этом был уверен и Меркулов. Эта уверенность была у него в течение всей войны. Его боевой путь характерен большой отвагой, настойчивостью в достижении цели и огромным чувством товарищества и выручки в воздушных боях. Не о себе он думал, подставляя себя под вражеские снаряды. И только величайшее мастерство и хладнокровие помогли ему выйти живым в самых необыкновенно сложных ситуациях.

Все положительные черты Меркулова проявились с первых дней его пребывания на фронте. В самые опасные минуты он немедленно приходил на помощь товарищам.

Шли бои на Кубани. 8 мая, когда группа Маковского из 6 самолетов вела воздушный бой, Меркулов, удачно зайдя в хвост "мессеру", дал очередь. Загоревшись, враг пошел вниз. Убедившись, что враг упал, Владимир бросился выручать Осадчиева, который вел бой с "мессершмиттами".

После совершения Маковским тарана, его самолет с отбитой на метр плоскостью остался беззащитным. Меркулов вместе с товарищами сопровождал его и охранял до совершения посадки.

Над станицей Абинской завязался воздушный бой, в котором принимали участие летчики нашей и 265 авиадивизии. В этом бою летчик 812-го авиаполка Иван Васильевич Федоров таранил вражеский самолет, который развалился в воздухе. Стал разваливаться и самолет Федорова, и летчик выпрыгнул с парашютом. Налетели "мессеры" и начали стрелять по нему из пулеметов. Меркулов привлек к себе внимание "мессеров" и двое из них перешли в атаку на Меркулова. Выручили зенитки, отогнали "мессершмиттов". А Федоров благополучно приземлился. Это было 10 мая 1943 года. И.В. Федоров впоследствии стал Героем Советского Союза, генерал-лейтенантом.

 

Летчик Звягин Иван Лукич прибыл в полк вместе с летчиками из 48-го полка. В первых вылетах на Кубани не хватало боевого опыта. В одном бою срезали хвостовое оперение самолета, в другой раз снарядом продырявили фюзеляж, а в третий изрешетили крыло. На израненных самолетах он сумел дотянуть до своих и благополучно совершить посадку.

Шли упорные бои за станицу Крымскую. Вместе с товарищами по четыре раза в день он поднимался в воздух на отражение налетов вражеской авиации. Приходилось вести тяжелые воздушные бои. Поставленные задачи были выполнены.

26 мая восемь самолетов под командой лейтенанта А.Д. Осадчиева получили задание прикрыть наземные войска в районе Крымской. Встретили 15 вражеских бомбардировщиков и несколько охранявших их истребителей. Пользуясь преимуществом в высоте, группа Осадчиева атаковала противника. Звягин выбрал цель и атаковал бомбардировщика, который загорелся и пошел вниз, но через несколько секунд охватило пламенем самолет Звягина. Пламенем и дымом заволокло кабину, нечем стало дышать. С большим трудом отбросил колпак кабины и выбрался с парашютом. От динамического удара слетели сапоги, оторвалась кобура с пистолетом. Дернул кольцо парашюта и начался плавный спуск. Но на нем продолжала гореть одежда, обжигая руки, лицо, шею, грудь. От удара о землю потерял сознание.

Когда очнулся, увидел, что попал в болото, лежал головой на кочке. Слышался вой снарядов и перестрелка. Понял, что оказался на нейтральной территории в плавнях.

Преодолевая боль в ноге и от сильных ожогов, выбрался из болота через колючие кусты и камыши. Силы были на исходе. Услышал голоса женщин, собиравших хворост. На нейтральной полосе они жили в землянках. Женщины сняли с него мокрую обгоревшую одежду и одели в сухую, теплую. Его трясло от холода. Так и лежал он в забытьи. Лицо, шея, туловище, ноги обожжены, правая нога ранена. Местные жители перевезли его на лодке на берег к расположению воинской части. Лежал в землянке на передовой три недели в тяжелом состоянии. Три месяца лежал в краснодарском госпитале, из них месяц под каркасом с обогревом. Тосковал по товарищам. Несмотря на пережитое, снова тянуло в небо.

Как только почувствовал прибавление сил, энергии, стал проситься в полк. Ушел из госпиталя с еще не зажившими ранами, но бодрым и полным решимости снова сражаться.

 

Над Новороссийском шли воздушные бои. Погода была безоблачной. В паре с Александром Осадчиевым Федор Михайлович Костиков сопровождал наши бомбардировщики, прикрывая их от нападения "мессершмиттов". Бомбы, сброшенные на врага, точно попали в цель. Задание было выполнено, все вернулись без потерь.

Костиков не раз летал на перехват вражеских самолетов в район "Голубой линии". Завязывались изнурительные воздушные бои. Благодаря мастерству летчика, его смелости, бои заканчивались полной победой.

 

Заяц Николай Филиппович

Командир звена ст. лейтенант Заяц Николай Филиппович

Командир звена Николай Филиппович Заяц имел большой опыт полетов еще на Дальнем Востоке и терпеливо передавал его молодым датчикам. Готов был в любое время летать на задание. Скромный, немногословный, он пользовался большим уважением товарищей. В бою он был надежной защитой и не раз выручал тех, кому грозила опасность.

В одном из воздушных боев, где сбил "мессершмитта", он был тяжело ранен. Машина была повреждена и с трудом управлялась. Напрягая последние силы. Заяц привел самолет на свой аэродром и благополучно совершил посадку. За этот подвиг награжден орденом Отечественной войны 1-й степени.

 

Командир звена старший лейтенант Савин Матвей Борисович также имел большой опыт летной работы. Водил свое звено на выполнение боевых заданий, в самых сложных ситуациях находил правильные решения и выходил победителем. Терпеливо вводил в строй молодых летчиков, обучая их летному мастерству.

При выполнении задания в тяжелом изнурительном бою был ранен. Машина загорелась. Ему угрожала смертельная опасность, но он не воспользовался парашютом, решил спасти машину.

Раненый, обгоревший, теряя силы, посадил самолет. При посадке самолет перевернулся, Матвей Борисович оказался висящим вниз головой и не мог выбраться из кабины. Можно себе представить, сколько силы воли проявил этот человек, который, страдая от ран и ожогов, небольшим самодельным ножом выковырял столько земли, чтобы выбраться из-под кабины. Летчики привезли его в полк и отправили в госпиталь, а самолет восстановили.

М.Б. Савин был награжден орденом Отечественной войны 1-й степени. До конца своей жизни он носил на своем лице рубцы - следы ожогов.

 

Бородин Николай Васильевич

Заместитель командира эскадрильи лейтенант Бородин Николай Васильевич. Звание Героя Советского Союза присвоено 23.02.1945 г.

Бородин Николай Васильевич выполнял самые ответственные задания, часто ходил в разведку. В воздушных боях проявил себя бесстрашным летчиком. За короткое время боев на Кубани с бил 3 самолета противника. Младший лейтенант Бородин был награжден орденом Отечественной войны 1-й степени.

 

Наше командование наметило прорыв "Голубой линии". Осуществление этого плана началось 26 мая. Прорвав две линии обороны, наши войска начали закрепляться на захваченных участках.

Немцы перебросили в этот район против наших войск огромное количество авиации, большинство из которой было сосредоточено на аэродроме Анапа.

Командование корпуса, кроме действий самолетов в дневное время, решило организовать налеты на аэродром Анапы в темное время, используя летчиков, имеющих опыт ночных полетов.

В 43 полку составили ударную группу из восьми самолетов, которую повел командир полка Александр Андрианович Дорошенков. Под крыльями истребители несли по две 50-килограммовые бомбы. Восьмерку прикрыла пара самолетов - генерал Е.Я. Савицкий с ведомым лейтенантом С.П. Калугиным.

Вылетели в темное время, а к вражескому аэродрому подошли перед самым рассветом, когда едва лишь начала просматриваться взлетная полоса и стоянки самолетов.

Группа Дорошенкова внезапно атаковала вражеские самолеты. Одновременно открыли огонь зенитки. На аэродроме Анапы рвались бомбы и горели вражеские самолеты. Взорвался склад с горючим. Дорошенков и Лебедев спикировали на зенитную батарею. Батарея замолкла, а около орудий взрывались снаряды. Заходя на повторную атаку, еще раз обстреляли зенитные батареи и земляные капониры, в которых вспыхнули четыре самолета.

Генерал Е.Я. Савицкий сфотографировал аэродром, где горело не менее десятка самолетов, а потом, имея неизрасходованный боекомплект, они с ведомым произвели атаку и подожгли еще два "юнкерса".

После штурмовки все истребители вернулись на свой аэродром. Главнокомандующий ВВС наградил участников этого штурмового удара именными часами.

Штурмовку Анапы в темное время истребители корпуса стали проводить регулярно. В своей книге "В небе над Малой Землей" генерал Савицкий отметил высокое летное мастерство летчиков полка и назвал мастерами штурмовых ударов по аэродромам противника А.А. Дорошенкова, С.С. Гулина, Н.Г. Волчкова, С.И. Маковского, С.А. Лебедева, В.И. Меркулова, Н.В. Бородина, Н.Ф. Заяца.

Смирнов Алексей Иванович

Летчик мл. лейтенант Смирнов Алексей Иванович

В результате штурмовок аэродрома Анапы авиация противника, которая была в основном сконцентрирована на этом аэродроме, в значительном количестве, уничтожена, парализована и не могла противостоять нашим силам. Превосходство нашей авиации в воздухе было прочно завоевано, что способствовало выполнению задачи по освобождению Северного Кавказа от немецких захватчиков.

 

9 мая не вернулся с боевого задания младший лейтенант Смирнов Алексей Иванович, рождения 1918 года.

 

29 мая с аэродрома в Абинской В.П. Сигарев улетел на задание. Вернулся без боеприпасов, горючее было на исходе. Самолет заправили и пополнили боезапас. Через непродолжительное время Сигарев повел группу летчиков для отражения налета на Краснодар. Встретил группу Ю-88, пошел напролом. В схватке подбил один бомбардировщик. "Юнкерсы" навалились на него и подбили самолет. С трудом вел израненную машину он на свой аэродром. За ним погнались "юнкерсы". Осадчиев со своим ведомым заставил "юнкерс" идти на наш аэродром, хотели посадить его. Подходя к аэродрому, "юнкерс" выпустил шасси, но потом убрал их. Следом за ним на посадку заходил Сигарев. Очередь стрелка с "юнкерса" попала в плоскость самолета Сигарева и отбила ее. Сигарев методом срыва раскрыл парашют, но высота была низкой, парашют не успел наполниться и зацепился за хвостовое оперение. Сигарев погиб. "Юнкерс", не идя на посадку, попытался улететь, но его добили Осадчиев с ведомым.

Венедикта Петровича привезли завернутого в парашют и похоронили на северо-восточной окраине станицы Абинской (ныне г. Абинск). Перезахоронен в братской могиле у монумента возле города Абинск. Ему было всего 23 года.

Сигарев воевал около полутора месяцев. Успел сделать 27 боевых вылетов, провел 18 воздушных боев и сбил 8 самолетов врага. Это были в тот период самые высокие результаты боевой работы не только дивизии, но и в корпусе.

В 1985 году я в Запорожье навестила сына Сигарева. Валерий видел отца в первый и последний раз в трехлетнем возрасте и запомнил его молодым, красивым, в меховых унтах. С болью вспоминает о гибели отца, его так не хватало в жизни Валерия. С волнением всматривается в фотографию отца, находя с ним большое сходство.

 

Северо-Кавказский фронт, май 1943 г.

Северо-Кавказский фронт, май 1943 г.
Слева направо: заместитель командира полка по политической части майор С.С.Гулин, старший инженер полка инженер-майор Н.С.Шустерман, штурман полка капитан Н.Г.Волчков, командир полка майор А.А.Дорошенков

3 июня 1943 года Александр Кочетов выполнял задание в районе станицы Киевская. В воздухе встретил шесть Ме-109, Бой был неравным. Кочетов умелым маневром сбил одного "мессера", сам вернулся на свой аэродром невредимым.

 

Несколько раз Семен Лебедев летал в разведку в район Керчи. С высоты увидел руины родного города и голубую бухту, в которой стояли вражеские корабли. Сердце сжималось от боли. Росла ненависть к врагу и решительность сражаться, сбивать их, гнать с родной земли.

В боях над Кубанью Лебедев совершил 52 боевых вылета, провел 16 воздушных боев, сбил 6 самолетов противника. В его характеристике записано: "В боях проявляет исключительную храбрость и умение управлять подчиненными, Личным примером увлекает других". Эти качества были присущи Семену Лебедеву в течение всего периода войны.

 

В начале сражений на Кубани все летчики, за исключением А. А. Дорошенкова, А.В. Кочетова и Д.Д. Белячкова не имели боевого опыта. За этот период боев многие стали мастерами воздушного боя, имевшими на своем счету сбитые вражеские самолеты.

Да, наши летчики научились воевать. Немецкие асы стали вступать в бой с нашими летчиками, только имея численное превосходство.

Пятьдесят суток шли сражения в Кубанском небе. Все больше было случаев, когда враги сбрасывали бомбы, не долетев до цели, а то и на свои войска. Нашей авиацией было прочно завоевано господство в воздухе.

За период боев на Кубани 43-й истребительный авиаполк стал лучшим в дивизии. Летчики полка в 61 воздушном бою сбили 74 и уничтожили на земле 8 вражеских самолетов. В конце операции полку было вручено переходящее Красное знамя Новосибирского обкома партии.

За успешные боевые действия на Кубани 278 истребительной авиационной дивизии было присвоено почетное наименование: СИБИРСКАЯ СТАЛИНСКАЯ.

 

© А.Е.Чернаткина, 28.07.2004.

 

Дальше

 

Поделиться страницей:  

Авиаторы Второй мировой

Информация, размещенная на сайте, получена из различных источников, в т.ч. недокументальных, поэтому не претендует на полноту и достоверность.

 

Материалы сайта размещены исключительно в познавательных целях. Ни при каких условиях недопустимо использование материалов сайта в целях пропаганды запрещенной идеологии Третьего Рейха и преступных организаций, признанных таковыми по решению Нюрнбергского трибунала, а также в целях реабилитации нацизма.