Александра Ефимовна Чернаткина

От Кавказа до Берлина

Предисловие

Эта книга охватывает не все эпизоды боевой работы полка на фронтах Отечественной войны, не всех участников событий. Многие факты уже описаны другими авторами. Я пишу о фактах достоверно известных мне, а также из мемуаров видных военачальников, документов и писем моих однополчан - непосредственных участников боевых действий.

В 1942 году я служила в 515 истребительном авиационном полку, прошла с ним трудные дороги отступления, была в обороне Сталинграда в черте города на аэродроме Сталинградского летного училища, где мужественно сражались летчики полка, и самоотверженно трудился технический состав. Я была оружейницей на истребителе ЯК-1.

После многих потерь в личном состава и технике полк убыл на переформирование в 20-й запасной авиаполк в Толмачево близ Новосибирска, где пополнился личным составом и самолетами.

В декабре 1942 года температура воздуха доходила до минус 54 градусов. Работать на материальной части нужно было без рукавиц. Руки примерзали к металлу, облезала кожа на руках. Командование решило облегчить наше положение, девушек из полков, прибывших с фронта переучить на укладчиц парашютов.

Занятия проводились в длинном парашютном классе, где температура была постоянно плюс 24 градуса. Через месяц нам выдали справки об окончании курсов, и надо было ждать, когда полкам, убывающим на фронт, потребуются укладчицы парашютов. В полку их полагалось две, а нас было много. И трудно было сказать, когда до каждой из нас дойдет очередь.

На фронте шли тяжелые бои, а мы сидели без дела и только ходили в наряды. Оставаться дольше в запасном полку было невыносимо.

Слышала, что иногда девушкам удавалось самовольно убегать на фронт с маршевым полком. Но плохо было тем, кто попадался, их строго наказывали.

И все же я решила бежать. Узнала, что в одной из казарм находится полк, который ночью уедет на фронт. В недавно полученном новом обмундировании мы все выглядели элегантно. Все было подогнано по нашим размерам. Начистив до блеска кирзовые сапоги, я отправилась в эту казарму.

Застала там только комиссара полка майора С. С. Гулина. В ответ на мою просьбу спросил: "Что вы умеете делать?" Оказалось, что все должности оружейников и укладчиков парашютов уже заполнены. Но я очень просила, уверяла, что буду делать все, что прикажут.

- Хорошо, - ответил майор, - объясните, где вас найти. В 11 часов вечера за вами придут. Только никому об этом не говорите. Почерк хороший? Будете помогать в штабе.

Штабную работу я не знала и заранее ее невзлюбила. Она казалась мне скучной и неинтересной. Но выбора не было и я согласилась.

Но как уйти из расположения, чтоб никто не заметил? Вечером под полой шинели вынесла вещмешок и спрятала в снегу на улице за дверью. Вернулась и попросила дневалившую девушку вызвать меня, когда ко мне придут. Она очень удивилась: "Ай да тихоня!" И посыпались вопросы:

- Где познакомились? Какой он? Высокий? и т.д. А какой придет, я не знала и сказала:

- Увидишь!

Около 11 часов вечера вошла дневальная. Обращаясь ко мне, покрутила пальцем у виска и сказала:

- Иди!

Оказалось, что за мной пришел старшина полка не очень молодой, невысокий с небольшим брюшком.

Моя близкая подруга москвичка Аня Кнырикова, которую я посвятила в свои планы, долго плакала из-за того, что мы расстаемся, но причину слез никто не знал.

На улице подхватила свой вещмешок. Старшина повел меня к эшелону, подвел к теплушке, где были девушки и, указав на меня, сказал: "Спрячьте!". Я забралась на верхние нары. Сверху на меня набросали шинели и вещмешки. Я лежала тихо, не шевелясь. И правильно сделала.

Примерно через час теплушку осветили фонариком и послышался девичий крик. Оказалось, что начальник штаба полка подполковник Зайцев таким же образом взял в полк еще одну девушку. Но она об этом разболтала, что помешало осуществлению ее плана.

Позднее на фронте я поняла, что побег на фронт не такое уж большое преступление. Был случай в 15 авиаполку нашей дивизии. В начале июля 1944 года прибывший на стажировку инструктор Черниговской летной школы Банников Иван Григорьевич пожелал остаться после стажировки на фронте и отказался вернуться в школу. Командование Черниговской летной школы хотело отдать его под суд военного трибунала за дезертирство. Заместитель командира 15-го авиаполка майор Н.П. Родзевилло срочно послал письмо Члену Государственного Комитета обороны маршалу К.Е. Ворошилову, в котором, описав мастерство и отвагу Банникова, попросил разрешения оставить его на фронте.

К. Е. Ворошилов на письме написал резолюцию: "Дай Бог, чтобы таких дезертиров было побольше. Эта записка является основанием для зачисления в часть".

В первом часу ночи 18 февраля 1943 года от станции Обь наш состав направился на фронт. Так я оказалась в 43 истребительном авиаполку, с которыми прошла трудные фронтовые дороги от Кавказа до Берлина. В нем служили отважные, смелые, трудолюбивые люди, прославившие нашу страну, нашу армию, совершив необыкновенные подвиги. За это я очень благодарна своей судьбе.

 

© А.Е.Чернаткина, 28.07.2004.

 

Дальше

 

Поделиться страницей:  

Авиаторы Второй мировой

Информация, размещенная на сайте, получена из различных источников, в т.ч. недокументальных, поэтому не претендует на полноту и достоверность.

 

Материалы сайта размещены исключительно в познавательных целях. Ни при каких условиях недопустимо использование материалов сайта в целях пропаганды запрещенной идеологии Третьего Рейха и преступных организаций, признанных таковыми по решению Нюрнбергского трибунала, а также в целях реабилитации нацизма.