 |
|||
|
|
От Кавказа до БерлинаАлександра Ефимовна Чернаткина
Предисловие
Эта книга охватывает не все эпизоды боевой работы полка на фронтах Отечественной войны, не всех участников событий. Многие факты уже описаны другими авторами. Я пишу о фактах достоверно известных мне, а также из мемуаров видных военачальников, документов и писем моих однополчан - непосредственных участников боевых действий. В 1942 году я служила в 515 истребительном авиационном полку, прошла с ним трудные дороги отступления, была в обороне Сталинграда в черте города на аэродроме Сталинградского летного училища, где мужественно сражались летчики полка, и самоотверженно трудился технический состав. Я была оружейницей на истребителе ЯК-1. После многих потерь в личном состава и технике полк убыл на переформирование в 20-й запасной авиаполк в Толмачево близ Новосибирска, где пополнился личным составом и самолетами. В декабре 1942 года температура воздуха доходила до минус 54 градусов. Работать на материальной части нужно было без рукавиц. Руки примерзали к металлу, облезала кожа на руках. Командование решило облегчить наше положение, девушек из полков, прибывших с фронта переучить на укладчиц парашютов. Занятия проводились в длинном парашютном классе, где температура была постоянно плюс 24 градуса. Через месяц нам выдали справки об окончании курсов, и надо было ждать, когда полкам, убывающим на фронт, потребуются укладчицы парашютов. В полку их полагалось две, а нас было много. И трудно было сказать, когда до каждой из нас дойдет очередь. На фронте шли тяжелые бои, а мы сидели без дела и только ходили в наряды. Оставаться дольше в запасном полку было невыносимо. Слышала, что иногда девушкам удавалось самовольно убегать на фронт с маршевым полком. Но плохо было тем, кто попадался, их строго наказывали. И все же я решила бежать. Узнала, что в одной из казарм находится полк, который ночью уедет на фронт. В недавно полученном новом обмундировании мы все выглядели элегантно. Все было подогнано по нашим размерам. Начистив до блеска кирзовые сапоги, я отправилась в эту казарму. Застала там только комиссара полка майора С. С. Гулина. В ответ на мою просьбу спросил: "Что вы умеете делать?" Оказалось, что все должности оружейников и укладчиков парашютов уже заполнены. Но я очень просила, уверяла, что буду делать все, что прикажут. - Хорошо, - ответил майор, - объясните, где вас найти. В 11 часов вечера за вами придут. Только никому об этом не говорите. Почерк хороший? Будете помогать в штабе. Штабную работу я не знала и заранее ее невзлюбила. Она казалась мне скучной и неинтересной. Но выбора не было и я согласилась. Но как уйти из расположения, чтоб никто не заметил? Вечером под полой шинели вынесла вещмешок и спрятала в снегу на улице за дверью. Вернулась и попросила дневалившую девушку вызвать меня, когда ко мне придут. Она очень удивилась: "Ай да тихоня!" И посыпались вопросы: - Где познакомились? Какой он? Высокий? и т.д. А какой придет, я не знала и сказала: - Увидишь! Около 11 часов вечера вошла дневальная. Обращаясь ко мне, покрутила пальцем у виска и сказала: - Иди! Оказалось, что за мной пришел старшина полка не очень молодой, невысокий с небольшим брюшком. Моя близкая подруга москвичка Аня Кнырикова, которую я посвятила в свои планы, долго плакала из-за того, что мы расстаемся, но причину слез никто не знал. На улице подхватила свой вещмешок. Старшина повел меня к эшелону, подвел к теплушке, где были девушки и, указав на меня, сказал: "Спрячьте!". Я забралась на верхние нары. Сверху на меня набросали шинели и вещмешки. Я лежала тихо, не шевелясь. И правильно сделала. Примерно через час теплушку осветили фонариком и послышался девичий крик. Оказалось, что начальник штаба полка подполковник Зайцев таким же образом взял в полк еще одну девушку. Но она об этом разболтала, что помешало осуществлению ее плана. Позднее на фронте я поняла, что побег на фронт не такое уж большое преступление. Был случай в 15 авиаполку нашей дивизии. В начале июля 1944 года прибывший на стажировку инструктор Черниговской летной школы Банников Иван Григорьевич пожелал остаться после стажировки на фронте и отказался вернуться в школу. Командование Черниговской летной школы хотело отдать его под суд военного трибунала за дезертирство. Заместитель командира 15-го авиаполка майор Н.П. Родзевилло срочно послал письмо Члену Государственного Комитета обороны маршалу К.Е. Ворошилову, в котором, описав мастерство и отвагу Банникова, попросил разрешения оставить его на фронте. К. Е. Ворошилов на письме написал резолюцию: "Дай Бог, чтобы таких дезертиров было побольше. Эта записка является основанием для зачисления в часть". В первом часу ночи 18 февраля 1943 года от станции Обь наш состав направился на фронт. Так я оказалась в 43 истребительном авиаполку, с которыми прошла трудные фронтовые дороги от Кавказа до Берлина. В нем служили отважные, смелые, трудолюбивые люди, прославившие нашу страну, нашу армию, совершив необыкновенные подвиги. За это я очень благодарна своей судьбе.
© А.Е.Чернаткина, 28.07.2004.
Дата последнего изменения этой страницы: 15.08.2005 11:35 |
Предисловие